Журнальный зал


Новости библиотеки

Роман Иоганнеса Хервига «Банда из Лейпцига. История одного сопротивления», вышедший в 2017 году, был представлен на Фрункфуртской книжной ярмарке и вскоре номинирован на немецкую молодежную литературную премию. Его русский перевод опубликован в издательстве «КомпасГид». Почему эта книга важна для нас?

Подростки не любят ходить по струнке. Стремление к самовыражению и внешние атрибуты непокорности – яркая одежда, необычный цвет волос, эпатажные музыка и поэзия, свои собственные кумиры – все это кричит о том, что им скучно со взрослыми и хочется заявить о себе во весь голос. Порой это раздражает, но мы, как правило, стараемся понять и принять подростковую непокорность, ведь и сами были такими каких-нибудь двадцать лет назад. Им и так нелегко, поэтому мудрее всего поддержать молодых в непростой период взросления. Тоталитарный Третий рейх не отличался состраданием, он стремился подчинить молодежь своей власти, обуздать непокорных и привести всех к одному знаменателю. Молодых, непохожих на других попросту ломают через колено.

С помощью страха и пропаганды гитлеровскому режиму во многом удалось приручить непокорных. Если не получалось, приходилось применять репрессии, сажать и перевоспитывать в специальных лагерях. Гитлерюгенд, Союз немецких девушек и другие организации воспитывали молодежь в духе безусловного подчинения режиму и обожания вождей национал-социализма. Но и в 1930-е годы все же находились молодые люди, которые не хотели ходить строем. Рассказывая о молодежном сопротивлении в Германии тридцатых годов прошлого века, 40-летний немецкий писатель Иоганнес Хервиг соотносит историю 90-летней давности со своим временем. Важно, что мы видим тех подростков глазами нашего современника.

ЦЕНА СВОБОДЫ

«Приветствуй знамя со свастикой. Закаляй тело и дух. Будь как все, думай как все, выгляди как все», – вот такое насильственное единомыслие царит в Германии 1936 года. Шестнадцатилетний Харро хоть и не в восторге от этого, но уверен, что особого выбора у него нет, Германия – не та страна, где можно мыслить иначе. Школа уже пропитана духом национал-социализма, быть членом гитлерюгенда становится обязательно. Харро не хочет вступать в его ряды, но мама и отец убеждают его, что это необходимо, чтобы поступить в институт. И вот однажды Харро встречает на улице ребят и девушек в ярких клетчатых рубашках – что-то немыслимое по тем временам, ведь все ходят в одинаковом! Новые знакомые Харро – компания лейпцигских подростков, не похожих на всех остальных, – из тех, кто не боится идти наперекор режиму. Они бросают вызов гитлерюгенду, школе, да хоть бы и целому миру! Этот вызов в сущности пока не так уж и опасен: они не хотят ходить на общие сборы дисциплинированных школьников, проводят время в задушевных беседах и походах на природу, крутят любовь. Но в то страшное время даже такая малость – уже преступление. И за дерзость им придется платить. Стоит ли того глоток желанной свободы, и что труднее – сопротивляться приказам извне или победить собственную трусость?

«Ни в одном другом немецком городе в конце 1930-х годов не было такой многочисленной, разветвленной сети неформальных групп, которые вышли на улицы, демонстрируя неповиновение «государственной линии». Как следует из имеющихся документов, в период между 1937 и 1939 годами эта сеть включала в себя 1500 юношей и девушек.

Гитлерюгенд и полиция поначалу не справлялись с ситуацией и оказались не в состоянии остановить этот процесс. Движение ширилось и занимало все большее пространство, нанося чувствительные удары по государственным молодежным структурам, что в конечном счете привело к ответной реакции, вылившейся в жесточайшие массовые преследования. Начались судебные процессы по обвинению в государственной измене и попытках свержения власти. Участники движения оказались в тюрьмах или были отправлены на перевоспитание в специально организованные по этому случаю исправительные колонии для несовершеннолетних. Эта протестная молодежная культура существовала сравнительно недолго и не могла сокрушить нацистский режим. Но она являет собой пример того, что и при национал-социализме было достаточно много людей, не в последнюю очередь молодых, которые критически относились к окружающей их политической реальности, ставшей для большинства нормой. Причем происходило это уже на ранней стадии, когда нацисты еще только-только пришли к власти, задолго до Второй мировой войны и Холокоста. Именно этим лейпцигские «банды» отличаются от других оппозиционных молодежных групп Германии. Им хватало мужества открыто демонстрировать свою инаковость, отклонение от общей линии поведения. Решиться на такое было наверняка нелегко. Но возможно».

АНТИГИТЛЕРОВСКОЕ ПОДПОЛЬЕ

Тоталитарные режимы всегда безжалостно расправлялись с оппозицией. Даже если это всего лишь подростки. Идеально, чтобы все ходили в униформе, приветствовали друг друга возгласом «Хайль!» и выбрасывали вперед руку под углом 45 градусов. Многим это даже нравилось. Немцы – люди организованные, любящие порядок, – с радостью ринулись в объятия национал-социализма, обещавшего им золотые горы в обмен на свободу. «Свобода? Какая малость, не нужно нам ее вовсе», – решили для себя некоторые.

Но только не герои книги Иоганнеса Хервига. Они понимают, что идут на риск, однако все равно ввязываются в драки с гитлерюгендовцами и даже совершают несколько смелых вылазок. Апофеозом их борьбы станет общий сбор в центре Лейпцига нескольких группировок непокорных из разных районов города. Но после этого по нему прокатится волна арестов и некоторые из непокорных угодят в гестапо. А здесь не церемонятся. Харро тут же избивают до полусмерти, но потом все же выпускают.

Финал книги открытый, однако ясно, что Харро уже сделал свой выбор. Он не станет покорным соглашателем. Кстати, именно в этот момент мальчик понял, что его родители, которых он в последнее время считал заодно со всеми, все же на его стороне. Ему впервые спокойно и уютно дома. Через пару лет начнется война, и Харро с большой долей вероятности окажется на фронте. Хотя возможны и другие варианты: сопротивление было даже в армии. Возможно, герой книги станет членом антигитлеровского подполья или ему удастся перебраться из Третьего рейха за границу до начала войны. Мы этого не знаем. Но благодаря таким, как Харро и его друзья, Германия в конечном итоге смогла возродиться после Второй мировой и стать одной из передовых демократических стран мира.

«Моя история начинается там, где заканчивается прекраснейшая улица Лейпцига. Самое мерзкое в прекраснейшей улице Лейпцига было то, что три года назад она сменила название. Когда мне было двенадцать, какой-то дядька снял с моего дома металлическую табличку, которая до того момента объясняла каждому, где он находится. На Зюдштрассе, вот где. Он был худой как щепка, тот дядька, с перекошенным, помятым лицом. Но табличку он прихватил с собой. На другой день он явился снова, с тачкой и лестницей, и притащил новую табличку. С тех пор прекраснейшая улица Лейпцига называлась Адольф-Гитлер-штрассе».


Маргарита Кобеляцкая, «Читаем вместе», январь-февраль 2022.

http://chitaem-vmeste.ru/news/moskovskiy-dom-knigi/debyutnyj-roman-iogannesa-herviga-banda-iz-lejptsiga-opublikovan-v-izdatelstve-kompasgid