Наша кнопка

Централизованная библиотечная система г. Орска

Система ГАРАНТ

Журнальный зал


Новости библиотеки

Теперь он пишет продолжение «Одиночества-12» . В середине нулевых дебютный роман Арсена Ревазова «Одиночество-12» критики сравнивали с произведениями Умберто Эко и Харуки Мураками, а также называли «русским ответом ''Коду да Винчи''». Читатели же присвоили книге статус бестселлера, проголосовав за нее рублем. Спустя 15 лет после того, как «Одиночество-12» было переведено на множество языков и вышло на американский рынок, автор вернулся к проекту. Роман переписан и переиздан на русском языке (изд-во Corpus, сайт романа), и Арсен Ревазов обещает целых два тома продолжения. О том, чем современное «Одиночество-12» отличается от «одиночества» прошлых лет, с Арсеном Ревазовым побеседовала обозреватель «Ленты.ру» Наталья Кочеткова.



«Лента.ру»: Что изменилось в новой редакции романа?


Арсен Ревазов: В какой-то момент мой роман через большое количество итальянских, немецких, венгерских, польских и сербских изданий докатился до Америки. И я попал в американский книжный Голливуд, который устроен иначе, чем русский книжный рынок. Надо сказать, что в первый раз книжку перевели на английский неудачно, поэтому издательство сменило переводчика. Второй перевод был уже значительно лучше. Но это было только начало, потому что потом книга пошла по такому пути.


100 человек, набранных случайным образом, прочли первую главу и заполнили анкету. Потом 30 человек, также набранных случайным образом, прочли всю книгу целиком и заполнили большую анкету. Дальше книга попала в руки двух экспертов: один — редактор Стивена Кинга, другая — гост-райтер для голливудских селебрити. Они прочли всю книгу, внесли от 5 до 20 правок на каждую страницу и написали длинное заключение.


Какие-то рекомендации были очевидны — скажем, апдейтить книгу на новые реалии: Гугл-карты, Ютуб и все такое. Но были и менее очевидные пожелания — по изменению сюжета, например. Или переписать финал, который показался слишком открытым, а потому неудачным. По мнению редакторов, из-за этого у читателя оставалось чувство неудовлетворенности. Они предложили сделать его более ярким, кульминационным, ясным. Поэтому в новой редакции романа последние 10-15 глав просто написаны заново.


Что еще изменилось по отношению к прежней редакции? Длинноты и рассуждения были убраны или сокращены до одного-двух предложений. Но другого рода размышления были дописаны и вставлены в текст. Переписаны почти все диалоги.


Было очень смешно, как мы обошлись с американской политкорректностью. Я сначала испугался, потому что вообще-то у меня половина книги неполиткорректна. Я думал, что меня засудят. Но все не так. Мне предложили всю неполиткорректность перевести на одного героя. Мне сказали: «Сейчас у тебя просто три отморозка разговаривают, а будет один отморозок и два цивилизованных человека». Отморозком стал Матвей, если кто его помнит. Книга начала преображаться на глазах, и длилась эта редактура, надо сказать, несколько лет. Помню, была даже идея вставить в роман Трампа в качестве действующего лица. В результате роман поменялся довольно сильно, причем, на мой взгляд, в лучшую сторону. Раньше я его стеснялся. Да, он был популярен, но написан так себе. А теперь хорошо.


Фактчекинг моих редакторов доходил до следующего. У меня есть сцена в Ватикане, где беседуют два чиновника, один из которых одет в черную сутану, а другой — в белую. Мне казалось, что это очень поэтичный образ. На что американцы сказали мне грустно: «Нет, Арсен, один должен быть одет в красную сутану, а другой — в фиолетовую». Потому что они не поленились и проверили, как это должно быть на самом деле.


Они изучили расписание поездов между Москвой и Владивостоком. Я его, разумеется, тоже выяснял, но оно изменилось за эти 15 лет. То есть фактчекинг был такого масштаба, которого я даже предположить не мог — уровня хорошей журналистики.

 

15 лет назад вас продавали как русского Дэна Брауна, Умберто Эко, Харуки Мураками. С тех пор Эко умер, Браун развелся с женой и вместо конспирологического романа написал детскую книжку, и даже Мураками порядком изменился. Кто вы теперь?

 

Если честно, я и тогда был против решения Ad Marginem позиционировать меня как русского Дэна Брауна, тем более что Брауна я не читал. Я начал «Код да Винчи», мне стало противно — и я закрыл. Но, как это ни смешно, они были правы. Дело в том, что у Эко, Брауна и меня есть один общий источник: Борхес. При том что Борхес, разумеется, модернист, а мы все постмодернисты. И нас всех роднит постмодернистская интерпретация модернистского Борхеса. Кстати, Умберто Эко читал мой роман в итальянском переводе и очень рассердился. Ему показалось, что я его пародирую, хотя я всего-навсего его цитировал.


Вы же понимаете, что сегодня не только модернизм, но и постмодернизм ушел в историю литературы. В моде новая искренность.


Это нескромно, но новую искренность в русскую литературу принес именно я в 2005 году.


А я думала, что Гришковец.


Хорошо, пусть будет Гришковец, но мой роман в 2005 году в любом случае опережал свое время. Я вполне осознанно назвал его «фьюжен», я понимал, что уже не постмодернист. У меня есть ирония, но нет откровенного стеба, который был присущ постмодернистам. Так что с искренностью у меня все хорошо, это очень искренний роман. Одно лирическое письмо героя чего стоит. Сложная любовная линия, с конфликтом, развитием, всеми делами. И не одна.


Есть немало достойных писателей, считающихся авторами одной книги: Ершов, Грибоедов, Чернышевский, другие. Вы собираетесь продолжать писательскую карьеру? Или «Одиночество-12» будет единственным вашим романом?


«Одиночество-13» было написано, но оказалось негодным к публикации. Вот почему. Мне не очень нравился мой первый роман в его тогдашнем виде. Поскольку я не живу на писательские гонорары, то и финансовой мотивации у меня не было, и дедлайнов надо мной не висело. Я сделал одну редакцию, показал ее друзьям — Антону Носику, например. А у меня же роман был интерактивный, там были гиперссылки и всякое такое. Второй роман по сути воспроизводил ходы первого. Друзья сказали: ну да, ну ничего так... Но меня он не удовлетворил. Еще года три ушло на переписывание. Следующая версия мне тоже не понравилась. Но в результате образовался большой корпус текста.


И в результате у меня есть около 1 500 страниц неопубликованного текста. С новеллами. Некоторые куски прям хороши. И я понял, что нужно подходить к работе более профессионально, и начал с синопсиса. Переписывая «Одиночество-12», я делал синопсис нового романа. В результате, если учесть, что первый роман у меня теперь состоит из двух книг, получилась четвертая книга, но не получилась третья. Именно ее я сейчас и пишу. Чтобы создать себе дедлайны, я решил, что буду публиковать ее сам по главам в виде блога. Это будет логический мостик к четвертому роману, который уже готов.

 

Источник